Выгодные инвестиции на финансовых рынках!

Компания «Incrementum» каждый год по традиции выпускает отчет под названием «In Gold We Trust» (Мы верим в золото). Ниже последует продолжение перевода (первая часть здесь) одной из частей этого отчета.

Одной из самых важных вех на пути от однополярного долларового стандарта к многополярной системе с несколькими резервными валютами стало создание чуть более года назад китайского золотого фиксинга в Шанхае. Любопытная деталь: юаневый курс золота фиксируется в граммах, а не тройских унциях.

Важность создания Шанхайского золотого фиксинга нельзя недооценивать. Аналитик Люк Громен, который изучает данный вопрос в течение очень долгого времени, называет это событие не иначе как «повторным открытием золотого «окна» в Китае». Теперь Китай не только может печатать деньги (юань) с целью импорта сырья, но также гарантировать конвертируемость золота для производителей нефти через золотое «окно» Шанхая.

На форуме Лондонской ассоциации торговли драгоценными металлами 2015 года, стратегию Китая подробно объяснил председатель центрального банка Китая Яо Юдон. Название его презентации показательно: «Мир нуждается в новой резервной валюте». По мнению Яо, золото представляет собой «надгосударственную резервную валюту». Тем не менее, рынок золота не может противостоять потенциальному кризису ликвидности сам по себе. Это произойдет только, если юань также будет принимать в этом участие. И, похоже, что Шанхайская биржа золота (далее - ШБЗ) становится все более значимой в наши дни именно в этом отношении. Объем изъятий золота из этой биржи достиг 555 тонн в первом квартале 2017 года. Это значит, что за год получится 2220 тонны, или примерно 80% мировой добычи золота. Однако по какой-то причине ни одно финансовое СМИ не сообщает об этом.

В своем анализе деятельности ШБЗ, Яо обратился к выяснению роли золота в интернационализации юаня. По мнению Яо, «ключевая роль международной валюты – это средство денежного выражения товаров. В настоящее время все сырье в мире выражено в долларах США. У юаня есть возможность стать первичной валютой для выражения стоимости золота». Он отметил в связи с этим, что Китай является крупнейшим производителем золота, а потребительский спрос на золото быстро растет. То, о чем сказал Яо, является очень важным моментом для инвесторов, покупающих золото. Экономики, использующие евро, рубль и юань не заботятся о золоте как таковом. Золото – всего лишь средство для достижения цели, а именно отхода от долларовой монополии.

Вот несколько фактов, определяющих будущее дедолларизации:

- По словам главы центрального банка Ирана, страна теперь экспортирует нефть только за евро, за исключением экспорта в Китай, где используется юань.

- В сентябре прошлого года Китай обогнал США и стал крупнейшим в мире импортером нефти.

- В течение нескольких лет Китай прилагает большие усилия для учреждения юаня в качестве международной валюты. Этот процесс привел к включению юаня в валютную корзину специальных прав заимствования МВФ.

- По причине того, что Россия и Китай используют свои валюты в прямой двусторонней торговле, этот процесс ускорился в массовом порядке.

- По данным российского информационного агентства «Спутник», нижеследующие страны не используют доллар США в двусторонней торговле частично или полностью: Россия, Казахстан, Белоруссия, Армения, Турция, Иран, Египет, Китай, Северная Корея, Япония (в торговле с Китаем), Вьетнам, Таиланд, Шри-Ланка, Австралия (в торговле с Китаем), ОАЭ, Южная Африка, Аргентина, Уругвай и Бразилия.

- В то же время, практически все эти страны заметно расширяют свои запасы золота, к чему призывает их также и американский экономист Кеннет Рогофф.

Последствия дедолларизации

Постепенный отход от доллара к многополярной валютной системе приведет к нескольким важным последствиям, которые можно понять, только если смотреть на этот процесс с точки зрения дедолларизации. Вопреки тому, что утверждается в большинстве СМИ, страны-производители нефти не столько заинтересованы в гораздо более высокой цене на нефть в долларах США, сколько в конкуренции за долю на рынке. У них уже появляется возможность выбирать, в каких валютах они хотят торговать.

Наиболее важное последствие можно уже наблюдать с 2014 года: два крупнейших держателя казначейских облигаций США (Китай и Саудовская Аравия) отказались от своей поддержки Вашингтона. С тех пор валютные резервы уменьшились в глобальном масштабе. В средствах массовой информации это обычно объясняется тем, что указанные страны вынуждены защищать свои валюты. Отчасти это, несомненно, верно. Что в этом объяснении упущено, так это следующее: если новая сверхдержава Китай сможет платить за нефть юанями, то ему просто не будут нужны казначейские облигации США стоимостью в 3 трлн. долларов США, которыми он владеет. Представители Центрального банка Китая говорят об этом откровенно и прозрачно: нам больше не нужны долларовые резервы.

С другой стороны, производители нефти не заинтересованы в превращении своих доходов в «нефтедоллары». Либо Пекин получит их деньги, либо они будут вкладывать деньги в другие активы. Например, в золото, через Шанхайское золотое «окно». Или в европейские облигации; хотя пока не существует золотого «окна» с евро, последнее является второй по величине резервной валютой после доллара США, а значит, остается более популярной, чем юань.

Второе последствие: вопрос о том, существует ли угроза, что соглашение о нефтедолларе будет прекращено, теперь не ставится. Этот пакт, который никогда не был формализован, уже устарел. Процесс отказа от доллара, подготовленный Европой и обеспеченный Китаем и Россией, невозможно остановить. При этом в качестве «наднационального» резервного актива, золото играет в нем важную роль.

Золотые жуки в администрации Трампа

Естественно, что администрация США не могла не обратить внимания на этот процесс. Степень осведомленности администрации Барака Обамы можно проиллюстрировать посредством работы Джареда Бернштейна, экономического советника бывшего вице-президента Джо Байдена. В 2014 году Бернштейн опубликовал статью в Нью-Йорке, под названием «Обезглавить короля Доллара».

В одном из отрывков говорится: «Новое исследование показывает следующее: то, что было когда-то привилегией, теперь является обузой, подрывает рост количества рабочих мест, накапливает бюджетные и торговые дефициты и раздувает финансовые пузыри. Чтобы вернуть американскую экономику на лидирующие позиции, правительство должно отказаться от своих обязательств в плане поддержания статуса доллара в качестве резервной валюты».

Очевидно, что эта тема также находится в центре внимания администрации Дональда Трампа. Во время пресс-конференции с премьер-министром Японии Синдзо Абэ в феврале президент позволил себе сделать следующее загадочное замечание: «Валюты будут функционировать на равных условиях гораздо раньше, чем многие думают». Преднамеренная политика девальвации других стран, особенно в Китае, беспокоит Трампа. Его администрация, однако, так и не объяснила, как она планирует привести мировые валюты к «равным условиям», то есть, создать равное конкурентное поле. Пока доллар пользуется особым статусом глобальной резервной валюты, это просто не может произойти. Если на мировом валютном поле будет равенство, то следующим шагом (для того, чтобы избежать катастрофического результата) будет создание нового «резервного актива», который должен быть «достаточно весомым» для урегулирования мировых дисбалансов в торговле; как только это произойдет, все валюты будут находиться, как сказал Трамп выше, на «равных условиях в этом поле».

В свете агрессивной риторики Трампа, выраженной в лозунге «Америка прежде всего», было бы странно, если бы США добровольно отказались от этого статуса, но полностью исключать это тоже нельзя. Дональд Трамп остается весьма непредсказуемым президентом. Несколько раз Трамп называл доллар «переоцененным», выступая за низкие процентные ставки, а также давал другие намеки относительно пользы политики девальвации валюты.

По крайней мере, слабый доллар необходим для восстановления американской промышленности и ее международной конкурентоспособности, что Трамп пообещал сделать. Более того, сам Трамп, а также его советники, похоже, хорошо понимают важность золота в международной валютной системе.

В то время как Европа, Россия и Китай рассматривают золото в качестве отдельного резервного актива, отличного от своих зарубежных валютных резервов, стоимость которых определяется рынком, в США господствует идея возвращения к «золотому стандарту», то есть, идея, что валюта должна быть привязана к золоту. По сей день золотовалютные резервы США действительно имеют стоимость в 42,22 доллара за унцию на балансе ФРС – то есть, официальный обменный курс золото/доллар до конца Бреттон-Вудской системы в 1971 году.

Вот слова самого Дональда Трампа: «Возвращение золотого стандарта очень трудно осуществить, но, Боже, это было бы замечательно. У нас был бы стандарт, на котором можно было базировать нашу валюту». Взгляды Дональда Трампа поддерживает, между прочим, бывший председатель ФРС Ален Гринспен. Как известно, «маэстро» признался в том, что он является уже несколько десятилетий поклонником золотого стандарта, и, очевидно, его миссия теперь заключается в убеждении людей через средства массовой информации в необходимости возвращения к нему.

И это далеко не все. Вице-президент США Майк Пенс является большим поклонником золотого стандарта. Пенс выступал за «стабильную денежно-кредитную политику» в 2010 году. В своем выступлении в Детройте он сказал следующее: «Роберт Зеллик, президент Всемирного банка, призвал нас переосмыслить международную валютную систему, в том числе роль золота, и я с этим согласен. Я думаю, что настало время разговаривать о золоте, и о той роли, которую оно должно играть в денежно-кредитных делах наших стран. Экономический рост начинается с разумной денежно-кредитной политики».